На смятых мятежными телами простынях мы лежим расслабленные, обнаженные, и мелкие капельки пота, покрывшие кожу, охлаждают нас. Двигаться еще не хочется, а дыхание только-только стало успокаиваться. Твоя сильная и большая, относительно меня всей, рука находится на моем бедре, слегка поглаживая его и прижимая к себе. Мои глаза закрыты, волосы разметались по твоей груди, а носом я воткнулась тебе в плечо.
Из открытой форточки пахнет свежим дождем. Этот запах разбавляет сладострастные ароматы, рожденные где-то в глубине наших тел. 

Разговаривать не хочется, только молчать, медленно проваливаясь в сон. Это полное затишье настолько противоположно той страсти, что была его преддверием, что возникает ощущение полной смены мира. Мы слишком активны были в том, и слишком пассивны в этом.

- Холодно!

- Давай я тебя укрою.

Ты тянешься за одеялом, скомканным в нижнем углу кровати, пытаешься подцепить его ногами. И вот, после очередной неуспешной попытки, наконец приподнимаешься, и одеяло накрывает мои плечи.

- Я хотела тебя спросить.

- Да. Что?

- Что будет завтра?

- Не знаю.

- Да? Грустно.

- А чего ты хочешь?

- Мне сложно ответить на твой вопрос, хотя я понимаю, почему и зачем его задала.

- И зачем же?

- Женщине всегда хочется, чтобы наступило завтра, чтобы оно имело место быть, так скажем.

- В смысле? Я плохо понимаю, о чем ты.

- Ну, знаешь… Мы сейчас встанем, может быть попьем чаю… И рано или поздно ты уйдешь: сегодня вечером или завтра утром – все равно. А что будет дальше?

- Ты смешная, - ты улыбаешься и погладишь меня по голове. – Мы встретимся завтра вечером. Хочешь я встречу тебя из офиса?

- Да, но все же, что дальше? Так и будем ежедневно встречаться, гулять, заниматься любовью?

- А что же в этом плохого?

- Да, в общем-то, ничего, кроме того, что я хочу ребенка, совместного быта, общего дома.

- Да? А зачем? Ты только представь! С работы домой – готовить, убирать, о ком-то заботиться.

- Я и сейчас это делаю, когда ты не можешь со мной встретиться.

- Ну, ведь тебе не о ком сейчас заботиться.

- Почему же? О себе.

- Это не в счет.

- Почему?

- Ладно, ладно. Хватит. Давай не будем спорить.

- Хорошо. А ты ответишь на вопрос? 

- Какой?

- Что будет дальше?

Ты тяжело вздыхаешь, резко поднимаешься и садишься. Еще немного молчишь, и в конце концов говоришь:

- Ничего. Дальше ничего не будет.

Я сажусь, обнимаю тебя сзади за плечи, ты отряхиваешься, как пес, сгоняющий мух, и мои руки скатываются по твоей голой спине.

- Ясно, - почти шепотом отвечаю я. А после, сглотнув, и наконец-то набравшись, сил уже громче добавляю:

- Я беременна.