Километры не разлучают - разлучают стены сомнения и отчаяния.
Когда я завтра проснусь, все будет иначе: некому будет готовить завтрак и некому будет сказать: «Поднимайся, солнце!». Когда я завтра проснусь, ты будешь уже в тысячах километрах от меня, но это всего лишь километры, которым никто не давал право становиться препятствием.
Километры не разлучают. Еще вчера я выбирала между тобой и собой, а сейчас мне все равно кто из нас будет прав. Борьба закончена и остается только уснуть, чтобы проснуться в одиночестве. Засыпать одному тяжелее, только тогда, когда ты к этому не привык.
Тяжело стучат колёса пол подушкой, гудит ульем рельс. Мой побег по земле, я проще. Ты улетел небом – дальше. Мы расстались так привычно, как будто я отправила тебя за молоком к завтраку.
Мне не верится, что теперь наши встречи не будет, потому что ей есть еще одно препятствие, имя которому – не желание встречи. Пройдет еще не один месяц, а быть может, и год пока пройдет боль, отступят яркие картинки прошлого, забудутся слова, засыпая, каждый из нас перестанет искать рядом родное тело.
Мы решили и разделили живое существо семьи на три части: тебя, меня и ребенка. Наш, а потому замечательный, сын остался один в том доме, который будет разрушен пустотой. Он взрослый мальчик с поломанной судьбой, а мы эгоистичные дети так и не сумевшие понять друг друга.
Это глупо расставаться спустя семнадцать лет, только по тому, что не осталось сил делать вид, что все в порядке. Мы линчевали друг друга словами годы, но этого на сей раз оказалось мало, нужно было разрезать все до конца.
Ты не ушел к соблазнительнице, что еще больнее, а я не нашла себе симпатягу спонсора. Нет, мы просто договорились, что пора тебе поменять материк, а мне навестить больную маму, требующую ухода. Мы подписали развод, чтобы облегчить тебе жизнь и лишить меня шанса передумать. Все закончилось.
За мелькающим лесом в окне встанет солнце, а я умою лицо, подведу глаза и улыбнусь соседу по купе. Прочту еще пару страниц из любимого романа и выйду подышать на перрон. Ничего не измениться в моей душе, потому что мало одной ночи, мало факта, мало расстояния, мало смелости, чтобы понять.
Плохо уже не то, что мы выстроили стену, плохо, что стена отдаляется от нас и не во что биться головой в надежде на успех и изменения. Мы сможем поставить точку в бумагах, но только не в душах. Останутся белесыми нитями связи, тянущие и выматывающие. Нужно подождать. Отложить мысли на полку и подождать. Чуть затянутся раны, и будет легче. Все говорят, что будет легче.