Человечество глупо по природе своей: гонится за призрачными мечтами и упивается странными блаженствами, оправдывает себя на каждом шагу и пытается прыгнуть выше собственной головы, что обычно приводит к синякам и шишкам. И каждый конкретный представитель пытается превзойти всех в этих глупостях, и это желание его не объяснимо и неутолимо. Он пытается подходить по рамки какого-либо сообщества и надевает на себя уродливую маску, которая чаще всего его не красит.

И все разговоры о каких-то обществах свободных от всего и вся всего лишь бред и обман. Все подобные представители этих обществ, так же подгоняют себя под определенные рамки. Пусть даже это будут рамки неординарности и выпуклости, но ведь это такие же рамки. Глупо, правда?

Человечество нашептывает себе каждый вечер приятную сказочку о том, что оно самое приятное во всем мире людей человечество, и лучше его вряд ли ещё можно сыскать, а на утро под дымок этой ещё не растаявшей мечты идет и творит ещё больше гадости себе же.

Жизнь, товарищи, в итоге, становится совершенно не выносимой и тяжелой. И ты уже не знаешь, как выпутаться тебе лично из этой лживой, липко-приятной паутины. Она сковывает тебя сладкой негой самолюбования и самолюбви. Ты, уже не замечая этого, поглаживаешь себя за бесчестные и откровенно злобно-мерзкие поступки со словами: «Ничего страшного я же на самом деле хороший, и в следующий раз я уже не сделаю, не поступлю так. Я обязательно всё сделаю правильно и верно».

Слова, слова... И что толку, в который раз говорить об этом, зная, что и сам ты с большим трудом высовываешь не на долго голову из этой гнилостной ямы.

Темно-фиолетовая иррациональность поднялась над горизонтом. Ты взглянул на неё, махнул рукой и сделал попытку вспомнить, что же должно быть на её месте. Твой старый дом, стоявший на пересечении придуманной уверенности в себе и само сожалении рухнул. Ты остался без крыши над головой. Теперь нужно как-то «двигаться дальше, как страшно двигаться дальше»

Тебе советуют не делать резких движений, но разве мы слушаем чужие советы. Человек таков, что ему нужно всё испытать на своей шкуре.

Как холодно не иметь дома. Одно сознание этого страшит и морозит хуже всякого северного ветра. Пусть твой дом похож на сарай, но ведь он есть. Другое дело, что когда-то придется его покинуть, потому что всё ветхое разваливается.

А с чего ты вообще взял, что тебе нужен дом. Может всем стоит выйти из своих убогих и богатых жилищ и сжечь их? Разрушить? Интересно во что же тогда превратиться вся эта толпа народа, оказавшаяся бездомной, и как она будет жить? Ведь все бросятся строить новые дома, а до завершения строительства будут кутаться, во что ни попадя, чтобы не смущать и не смущаться наготой.

Зачем тебе дом, ведь ты в нём всегда один и никого нет рядом. Ты можешь показывать его всем, но ведь никто-никто никогда-никогда не сможет жить вместе с тобой в твоём доме. Дом никогда не станет «нашим», он всегда будет только «твоим». «Ты пришел в НАШ дом!» Вы слышите фальшь в этой фразе? Прямо как в анекдоте: - Что ты там ищешь? - Наши брюки...

Темно-фиолетовая иррациональность померкла и сошла на нет, и ты оказался в полной темноте, после яркой вспышки чего-то желто-белого. Темно. Пусто. Ты ничего не видишь - и потому пусто, и не смотря не то, что всего лишь минуту тому назад была почва под ногами. «Но выпал снег, и я опять не знаю кто я», что я? Существо? Предмет? Субстанция? Иррациональность?

«Эй, фиолетовое нечто, - кричишь ты, - появись. Побудь со мной ещё чуть-чуть...» Молчит. «Дерни за веревочку - двери откроются», чудо появится. Ветер переменится. «Всё что ни делается - всё к лучшему». Так давайте же ничего не делать. «Тук-тук». Что-то сердечко твоё пошаливает, кажется, ты так и не свернул с тропинки саможалости.

Вот тебе уже и не страшно, и к темноте глазки привыкли. Может быть, и не стоило расстраиваться по пустякам. Ты ведь всё равно знал, что это фиолетовое не имеет право находится над горизонтом.

Ты бегаешь по кругу слов - страх, ирреальность, дом - и не хочешь выйти за грань их замкнутости, а ведь где-то за гранью начинается истина, или хотя бы то, что сможет тебе помочь ответить на всевозможные вопросы.

Тебя разрезают, выворачивают на изнанку и сшивают, и вот наружу мясом и кишками ты должен ходить среди всех....

Круг, кажется, расширился. Нет никакого смысла расширять круг, потому что, каким бы он ни был большим, он всё равно остаётся кругом, а значит и невозможно идти выше или дальше.

А зачем нужно идти выше и дальше? Почему так пугает замкнутость круга? Что за клаустрофобия? Как, однако, созвучны «фобия» и «фило». Как близки страх и любовь. Расширился круг на созвучный синоним.

Как выбить или выгрызть дыру в этой головке сыра, и выбраться из мышеловки. Почему так страшно и страстно ступать за грань. Можно поговорить и о страсти, но всё это не то и не так. Всё это не главное. Это всего лишь заполнение пустоты между широко раскинутыми в стороны руками, чтобы через закрытые глаза не пробивалась правда о том, что вокруг действительно что-то есть, и оно достаточно реально. Странно бояться реальности и убеждать себя в том, что вокруг пусто, чтобы опять же создать иллюзию чего-то, чтобы не было так пусто.